под музыку вивальди

Еще не успеваешь осознать, что теперь ты идешь туда, куда хотел, что шаг сделан, что ты уже на пути к достижению цели, как накрывает волна сомнений "а правильно ли? а смогу ли? а куда?". Одна часть меня малодушничает и предлагает остаться, чтобы не было никаких неожиданностей, чтобы без трудностей. А вообще, очень страшно.
Смогу ли я?

Сижу и не могу уснуть.
Через несколько часов решается моя судьба.
Трясутся руки, гудят ноги, сердце прям тыгыдыщ-тыгыдыщ и воспаленное сознание отказывается расслабляться.
уууууух

в ближайшем времени я обязуюсь написать что-нибудь умное. а пока так - "мозг? что это?"

неужели вот так бесславно?
я так не хочу. даже думать не хочу. не хочу, но думается.
черт бы все это побраааааааааал

бежать за белым кроликом
ржать до коликов
жрать снег
вешаться наспех
прощайте, алкоголики
прощайте, тунеядцы
будем прощаться.

Слушаю музыку зимы и по телу разливается холодок. Неужели я была? А зима скоро. Кого видела - хватала и начинала внушать, что ну должно быть новогоднее чудо. Испуганно кивали и поспешно соглашались.
last christmas i gave you my heart

Терпела, кричала, плакала, все смешалось, все кружится, саша треплет по плечу, оля говорит со мной, говорит-говорит. Я вас люблю, ребята.

Странные люди, странная ночь, расстроенная аленка, "проститутки под телевизором".
-ты ревнуешь?
-да
-а кого? меня или сашу?
-какой глупый вопрос
Я хочу передать все наши диалоги, все мелочи, которые кажутся мне невообразимо важными, все взгляды, жесты, улыбки, эмоции, чтобы понять, что так взрывается в области желудка.
Уткнуться в шею и понимать, что ты добилась. Добилась. Добилась своего. И что все были неправы. И что не хочется ничего знать, не хочется ничего слышать, не хочется ни с кем сравнивать. Стоишь и сжимаешь пальцы, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Проснувшись, в голове пульсирует мысль, что этого не должно было быть, что все снова как обычно, что пора-бы-уже-привыкнуть. Ты проваливаешься в сон, смирившись со всем и решив все оставить на потом. А тут звонок.
-Привет. Ты спишь?
-Немножко
-Как можно спать немножко?)
И что творится-неясно. И неясно, почему ты расплываешься в улыбке, почему так хорошо и все, кроме одного, так бессмысленно.
И все, что было глупым, кажется таким обычным, таким верным и само-собой-разумеющимся.
Страшно. Странно. Я еще не выбрала между этими двумя словами.
ласт кристмас ай гэв ю май харт, а в области желудка запускают фейерверки и что-то празднуют.

все шаманы нашего района завидуют моему кашлю. потому что от моего кашля трясется земля, в далекой деревушке на Том Конце Света плачут дети, испуганные страусы зарываются головами в песок, монашки перебирают четки и шепчут молитвы, яблоки падают с деревьев, а реки меняют свое направление.
никакой шаман в 47-ом поколении не может добиться такого.

-а ты все еще болеешь?
-как видишь
-ты не лечишься, по-моему, СОВСЕМ

лечусь. 3 дня назад я лечилась перцовкой, самбукой и ягермайстером. потом деньги закончились и я перешла на мед с молоком.

как перестать рефлексировать? почему люди изменяют? почему я не сплю ночью?
ненужные пустые сомнения и все, что не имеет значения

-а ты уже уходишь?
-да
-ладно

ладно.

         

это нечто

я устала так, как никогда раньше. и я не понимаю - отчего? ведь вроде и лето, и тепло, и радостно. работаю, да, но так мне же нравится!

у меня начали появляться такие мысли около месяца назад. я отмахивалась от них, ерунда, мол. недели две назад они стали все навязчивей. неделю назад они прижали меня к стене и пригрозили убийством. я взяла отпуск.

с этого дня и еще 13 дней подряд у меня законный отпуск.
я проспала 20 часов подряд, но выгляжу как после тяжелой болезни.
а сейчас я ем булочку с творогом и боюсь потолстеть.

Меня окружает холодная вода.
И все, что у меня есть - твоя рука.
Господь, ты слышишь?

и никакой патетики не надо, жизнь продолжается.
а то, что кто-то тебя не слышит, не слышит, не слышит, не слышит, не хочет слышать - это его личный выбор.
пусть он отказывает тебе в опыте, в понимании, в осознании, в праве испытывать эмоции, злиться, радоваться, переживать и говорить о том, что ты переживаешь. пусть он клеит к тебе свои чужеродные слова, объясняет твои действия своими догадками, ставит тебя в нелепое положение и не заботится о том, как ты будешь оттуда выворачиваться. и вот абсурдный сюжет уже наслаивается и наслаивается, вызывая к жизни архетипы прошлого, позапрошлого, позапозапрошлого поколения.
вот Бог, вот порог. вот твоя жизнь, вот его. если что-то мешает тебе, выкинь это что-то из сознания. "фффф", как одуванчика головку сдуть, минутное - нет, секундное дело.
ты не червонец и не обязан всем нравиться. но и следствие: оставляй в своей жизни тех, кто любит тебя. только тех, кто любит тебя.
все - свободны. но те, кто тебя не любит, свободны более других.
а любить людей, принимать людей - это так просто.

вот случается какое-то событие. говорятся какие-то слова. говорятся вскользь совершенно, мимоходом. даже значения им не придаешь. и параллельно с этим ты знаешь еще что-то. ну что-то, которое, кажется, никак не связано с этим событием.
ну есть и есть. ну знаешь и знаешь.
проходит какое-то количество времени. в памяти всплывают какие-то обрывки разговоров, какие-то имена, какие-то невразумительные жесты. и вот тут ты понимаешь - ЧЕРТ ВОЗЬМИ!
БЛИН! вот это да! вот это офигеть! дааа! это же надо так!
иначе говоря, происходит очень осмысленный внутренний монолог и все встает на свои места.
и понимаешь, что имелось в виду, как это происходило и вообще.
и чувствуешь себя если не эркюлем пуаро, то как минимум комиссаром рексом.

либо я мать тереза доморощенная, либо дура дурой
хочется, конечно, первого, но по всем статьям второе.

нет, я не цепляюсь за прошлое
совсем не цепляюсь. я просто его помню.
мне трудно выбросить какие-то бумажки, фотографии, рисунки, которые были сделаны в период "ой, а это мы..."
у меня есть пакет с такими вот преданиями былого: с фантиками от конфет, которые мы ели где-то там и тогда
с чеками "а эту кофту я купила в кельнском хаундэм, простояв километровую очередь!"
с блокнотами "я помню тех мужиков, они потом еще из салфеток кораблики делали"
с осколками елочных игрушек "ой, а я ей в диму кинула, думала, поймает, а он увернулся"
и прочий, прочий, прочий такой мусор
и он перекладывается с места на место, с полки на полку, из одного шкафа в другой, мешает. мама ругается "выброси этот хлам уже!", а я не могу. как я выброшу? а что тогда у меня останется?
все не так трагично, но я стою над этим пакетом в растерянности, перебираю его содержимое и запихиваю в ящик поглубже, где не видно
нет, я не цепляюсь за прошлое.
я просто его помню.

температурю так, что не могу уснуть
смотрю Привет/Пока
а ведь горячую воду отключили всего 4 дня назад.

давай, давай.
читай книжки. там все так мило, легко, на одном дыханье.
давай, давай
и кровать чуть ближе к столу, а то компьютерный шнур коротковат.
давай, давай.
в окно смотри. неважно, что у тебя в окне только другие окна.
давай, давай
кури на балконе, давай! пропахнешь дождем и дымом.
давай
маму иди поцелуй. ни почему, просто поцелуй.
ну давай же, давай
что ты медлишь? цветы полила?
давай, давай
самое время: ложка кофе, две ложки сахара и немножко молока. какая джезва, о чем вы?
давай, давай.
не спи всю ночь.
ну давай! ну пожалуйста!
давай! песни в голос! давай! ну не трудно же, ну давай! ну давай!
бумагу рви. там много стыдного. рви! рви!
что? рви! реви. давай, давай! пиши, пляши, танцуй, пропало.
давай уж, давай

набить руку в поцелуях

- ...забыл на столе. Пенал положил в портфель, эту... папку положил, а ее не положил. Ну, на перемене вижу - ее нет. Я взял у Машки чистую тетрадку, говорю: Машка, дай мне это... тетрадку, ну, начал в нее домашку писать, но не успел же. А она говорит: давай тетрадь, а там до половины. Ну, она говорит: все, тебе тройка, завтра с утра вызываю твоего отца. Я иду домой такой и думаю: это... ну все. У меня потому что раньше не было троек, он меня так наругает! Ну, дома его нет, он же на работе еще, я его жду-жду, уже почти темно, семь часов. Я думаю, ну, - пойду во двор, чтобы, как он придет, сразу ему сказать. Ну, там дождь, это... но немножко такой. Ну, я пошел. Чапу взял и мы пошли. Уже весь мокрый стою, смотрю - отец идет. Чапа побежала, а я иду и сразу говорю: я тетрадку, ну, забыл и это... На перемене начал в новой, но только до половины успел, а она трояк. И тебе завтра надо в школу, но я честно сделал, ну, все, просто тетрадку забыл. И я обещаю, что исправлю трояк, ну, я это. А он говорит: "Маленький бездельник, пойдем домой".

Я ем мороженую вишню прям из пакета. Скоро будет лето, а летом все обычно хорошо.

Время идет, а проходит мимо. Я врастаю корнями и отвыкать очень сложно. И что со мной творится? Ничего. Ничего не творится. Нечего уравновешивать. И это хуже, чем самое плохое, потому что это ничто.

Я поскорей хочу, чтоб настал тот момент, когда я буду смеяться над этими записями.

А она действительно пришла. Потихонечку и ненароком.


Апд: сглазила

Когда-то давным-давно, когда не закипел еще на кухне чайник, вдруг стало всех жалко, а особенно себя.
Сидишь в четыре утра и ведешь странные непонятные разговоры про улиток, про маршрутки, про чистоту речи со странным непонятным дядечкой, которого и не видела-то никогда.

И может быть когда-нибудь я смогу стать графоманом с только-улыбчивыми-записями. Я буду описывать утро в городе, фонтаны, мосты, горячий чай, удачные покупки, оладьи со сметаной, бесконечные ручки, игру в "Я" и удобные подушки.

Я не претендую на звание творческой личности. Ну то есть, хотелось бы претендовать, конечно же. Но я не умею писать стихи, или петь, или танцевать красиво. Да и рисовать у меня не получается. Большое видится на расстоянии.

В общем, скажу я вам как самолету пароход-каждому свое. Может, я все-таки смогу быть предпринимателем. Будь благословенен Университет Управления!

Если все станет совсем ясно (то есть еще яснее, чем сейчас), я спрошу у него, что "а ему же правда все равно, да?" И когда он кивнет головой, пожмет плечами и так чуть шепелявя скажет: "Ну вот так вышло.." , я подойду к нему, товарщески хлопну по плечу и важно произнесу: "Ничего, сынок, ты все правильно сделал!". Он и успокоится.